Эпилог

Муми-папа отложил перо и молча окинул взглядом свою семью.

- Молодец! - растроганно сказала Муми-мама.

- Молодец, папа, - подтвердил Муми-тролль. - Теперь ты стал знаменитым.

- Это почему же? - прямо-таки подскочил папа.

- Прочтут твои мемуары и решат, что ты знаменитый, - уверенно заявил Муми-тролль.

Писатель весело помахал ушами.

- Может статься!

- Ну а потом, - крикнул Снифф, - что было потом?

- Ах, потом... - Папа сделал неопределенный жест, подразумевавший дом, семью, сад, Муми-дол, вообще все, что идет следом за молодостью.

- Дорогие дети, - робко сказала Муми-мама, - потом началось это...

Внезапно веранда задрожала от порыва ветра. Хлынул дождь.

- Каково-то плыть по морю в такую ночь, - пробормотал папа словно про себя.

- Ну а мой папа как же? Юксаре? Что с ним сталось? И что было с мамой? - спросил Снусмумрик.

- А со Шнырьком? - крикнул Снифф. - Куда ты дел моего единственного папу? Уж я не говорю про его коллекцию пуговиц и про зверюшку Сос!

На веранде наступила тишина.

И тут, именно в самый важный для всей этой истории момент, в дверь постучали. Раздались три сильных, коротких стука.

Муми-папа вскочил.

- Кто там?

Кто-то басом ответят:

- Отвори! Ночь мокрая и холодная!

Муми-папа широко распахнул дверь.

- Фредриксон! - крикнул он.

И на веранду действительно вошел Фредриксон, стряхнул с себя капли дождя и сказал:

- Привет! Привет! Не сразу мы вас нашли.

- Ты ни капельки не постарел! - восторженно воскликнул Муми-папа. - Ах, как замечательно! Ах, какая радость!

Тут послышался глухой голос:

- В такую роковую ночь забытые кости стучат громче, чем когда-либо! - И из рюкзака Фредриксона, приветливо улыбаясь, выползло привидение собственной персоной.

- Добро пожаловать! - сказала Муми-мама. - Не хотите ли кофе?

- Спасибо, спасибо, - отвечал Фредриксон. - Чашечку мне и чашечку привидению. И еще несколько чашечек для тех, кто еще за дверью.

- А там еще кто-нибудь? - спросила Муми-мама.

- Родители пришли. Только они вроде как стесняются.

Снифф и Снусмумрик выбежали прямо под дождь, а там стояли их папы и мамы! Они мерзли, но ужасно стеснялись, оттого что так долго не давали о себе знать. Там стоял Шнырек и держал за лапку зверюшку Сос, а еще стояли большие чемоданы с коллекцией пуговиц. Тут же были Юксаре с погасшей трубкой во рту, и растроганная до слез Мюмла-мама, и Мюмла, и тридцать четыре малыша Мюмлы-мамы, и, конечно, малышка Мю (которая нисколечко не подросла). И когда они все вместе поднялись на веранду, стало так тесно, что стены ее выгнулись наружу.

Эту ночь невозможно описать!

Такого количества вопросов, восклицаний, объятий, объяснений и чашек кофе еще не видела ни одна веранда, а когда папа и мама Сниффа начали раскладывать пуговицы по сортам и тут же подарили сыну половину коллекции, поднялась такая суматоха, что Мюмла-мама собрала своих детей и стала прятать их по шкафам.

- Тихо! - прикрикнул на них Фредриксон. - Завтра...

- Завтра... - повторил Муми-папа с юношеским блеском в гдазах.

- Завтра мы снова отправляемся на поиски Приключения! - объявил Фредриксон. - Мы улетаем на "Морском оркестре"! Все вместе. Мамы, папы и дети!

- Не завтра, а уже сегодня! - уточнил Муми-тролль.

И туманной предрассветной ранью вся компания высыпала в сад. На востоке небо уже чуть посветлело в ожидании восхода солнца, а оно уже было готово вот-вот взойти. Ночь кончалась, и все очень хотело начаться сначала.

Распахнулись новые ворота в Невероятное и Возможное. Начался Новый День, когда все может случиться, если ты не имеешь ничего против этого.